werthmueller: (а-а-а!!!)
Это позиция, чувствуете? Вот потому мы - не ОНИ (не вы, дорогие товарищи россияне и россиянообразные, любители совка и крепкой руки). Мы другие, даже если говорим на русском и любим "ихнее (ваше) всё", поэта А.Пушкина.
_________________________________
By Eugenia Korotych

Моя Украина

Подруга, уроженка Севастополя, ныне проживающая в Москве, спрашивает недоумённо: «Мне непонятно почему вы стали такими ярыми украинками??? Вы, севастопольские жители, выросшие там???» Другая подруга, уроженка Симферополя, ныне живущая в Харькове, просит: «Скажи, что отвечать людям, которые спрашивают «Почему мы должны гордиться Украиной и хоть как-то за неё бороться, если всё, что она нам обещает, - 800 грн. пенсии?» Московский друг, с которым мы обсуждаем жителей Мариуполя, готовых за 300 гривен ехать в Донецк на пророссийский митинг, пожимает плечами: «Если ты родился в одной стране, она распалась, ты оказался гражданином одной из новых стран… должен ли ты автоматически стать лояльным гражданином этой страны. Не думаю. Думаю, что нет». И я начинаю размышлять, почему же все эти месяцы я – за Украину.

Я родилась и выросла в Севастополе. Городе, где украинский язык не изучался в школах даже факультативно. Но у нас была бабушка Паша. Родившаяся в Черниговской области, помотавшаяся в результате репрессий, затронувших семью, по бывшей нашей общей большой стране, она осела в конце концов на Кубани, в городе Армавире. У бабушки до самой смерти были чёрные косы и великолепная память. Она говорила по-русски, но приезжая в Севастополь, пела нам украинские песни, читала наизусть стихи Тараса Шевченко и басни Григория Сковороды.

А потом была Маргарита Константиновна. В 1990 году я впервые попала в Киев – мы приехали с хором, и жили по программе обмена в семьях детей из дружественного киевского хора. Маргарита Константиновна была бабушкой девочки Стефании, в семью которой я попала. Она говорила только на украинском языке, но заботливо переспрашивала, всё ли нам понятно. Я понимала почти всё – уроки бабушки Паши не прошли даром, помню, спутала только «квiти» и «квитки», не поняв, зачем мы должны покупать билеты на наш же концерт. Помимо «обязательных» хоровых экскурсий Маргарита Константиновна здорово потаскала нас по Киеву и очень много рассказывала об Украине – о той, про которую не писали в тогдашних учебниках истории. О той, которая тогда как раз начиналась на Майдане.

Потом была Светлана Томовна, преподаватель украинского языка в институте. Мы уже жили в Украине (Советский союз закончился), но я совершенно не задумывалась ни о языке, ни об идентичности, ни о гражданской принадлежности своей. Светлана Томовна, в круглых очках с какими-то невероятными диоптриями, делавших её глаза огромными, стала моим первым системным столкновением с украинским языком. Она с гордостью и любовью рассказывала о его мелозвучности, читала стихи и пела песни, да у нее даже украинская грамматика превращалась в поэму. Украинской литературой, кстати, я так и не прониклась – но языком мы с Иришкой занялись всерьёз (мы ведь в этом смысле сильно отставали от всех однокурсников, изучавших украинский в школе), даже начали смотреть телевизор (он у нас показывал один канал – 1+1, и по субботам там была передача про кино, показывали хорошие фильмы, отлично дублированные на украинский).

Потом была Волшебная Романенко, моя киевская подруга, фанатично влюбленная в Украину – в ее маленькие городочки, удивительные крепости, уникальные деревянные церквушки в забытых богом сёлах, в большие запущенные парки, бывшие когда-то многочисленными имениями Потоцких и Чарторыйских. С нею мы много поездили по всем этим “зажопьям”, много общались с разными людьми – и я всё лучше узнавала эту страну, в которой волей судьбы теперь жила.

Я никогда не ассоциировала свою страну с ее продажной властью, с ужасающей коррупцией, с нищенскими пенсиями и с чудовищными дорогами. Но всегда – вот с этими людьми. Удивительными. Приветливыми, певучими. Улыбавшимися снисходительно в ответ на мои попытки коряво и неуклюже заговорить по-украински (с речевой практикой, несмотря на годы жизни в Киеве, у меня так и не сложилось. Ни разу нигде, ни в столице, ни на задворках Западной Украины я не чувствовала себя из-за этого ущемлённой. Максимум – ощущала неловкость от того, что никак не могу нормально освоить язык страны, в которой живу. И обещала себе поднапрячься и подтянуть речевой украинский. Но так и не напрягалась). Украина ассоциировалась с людьми, готовыми поехать с нами, в первый и последний раз встреченными гостями, на окраину города, чтобы показать старое казацкое кладбище. Или рвануть к соседу, у которого хранится ключ от старого гулкого костёла. Встретить нас среди ночи, заблудившихся и сильно задержавшихся, накормить, напоить водкой – и слушать потом терпеливо, как мы с Волшебной Романенко проникновенно выводим “Ой, чий то кiнь стоїть».

В какой-то момент я поняла, что рада тому, что волей судьбы оказалась жить не в России, а в Украине. Мне не нравилось словосочетание «санкционированный митинг», воротило от вечного царствия Путина и в дрожь бросало от «Дела Болотной». И когда я чувствовала раздражение, видя очередные палатки протестующих против чего-нибудь на Майдане или Крещатике – я напоминала себе о «санкционированных митингах», и раздражение проходило.

Я продолжала разговаривать исключительно по-русски, выпускала русскоязычные издания, любила Пушкина, обожала Набокова, безмерно уважала Улицкую - и вообще, откровенно говоря, русская культура, особенно связанная с языком, безусловно, гораздо больше "моя", чем любая другая. Но при этом я потихоньку понимала, что моя страна - это Украина.

Да, наверное, благодарить Украину мне особо не за что – как и всем этим людям, о которых говорят моя харьковская приятельница и московский друг. Но и я вряд ли была таким уж хорошим гражданином этой страны. Как миллионы других её жителей. Язык её так и не освоила. Над классической литературой посмеивалась (современную, кстати, узнала и полюбила). Совершенно не интересовалась политикой и не пыталась вникнуть, кто там что делит - просто привычно поругивала очередные власти. Болела за футбольную сборную - но и за миланский "Интер" болела с неменьшим пылом. Ну что, что я делала для неё? Да почти ничего. Гордилась Шевченко (Андреем, когда он получал "Золотой мяч" - Тараса я, несмотря на бабушкины старания, так и не полюбила), периодически сжимала кулаки перед телевизором, когда дрался Кличко. С наслаждением пела украинские песни. И налоги, правда, платила всегда все до копейки.

Но три с половиной месяца назад кое-что изменилось. Это изменение было почти мистическим. Был Майдан, вышедший миллионом в ответ на жестокий разгон мирного митинга. Я ехала на то первое вече – и не верила своим глазам. По улице шли люди, много, много людей. Они до отказа забивали станцию метро и пели гимн Украины, терпеливо ожидая очереди к эскалатору. Они реками вытекали из выходов метро и струились к парку Шевченко, где тогда был назначен сбор. Они выплёскивались из парка, не помещаясь в его границах. Они заполняли Крещатик от края до края. Они вышли, чтобы сказать «С нами так нельзя!»

Я увидела всех этих людей. Даже не так. Мы увидели друг друга. И поняли, что нас, готовых заявить "С нами так нельзя!" - много. Много тех, кто может пожертвовать своим комфортом. Кто может выйти на площадь, отстаивая интересы незнакомых людей. Много - готовых объединяться, помогать друг другу и что-то делать для общего блага. Много, очень много - тех, которые для меня и есть олицетворение моей Украины.

И я вдруг почувствовала, что здесь и сейчас со всеми нами происходит чудо. Мы вышли, увидели друг друга - и для нас открылось какое-то «временное окно», когда всё вдруг меняется и становится возможным. Сейчас, именно сейчас у нас есть немного времени, когда мы можем сделать всё, что захотим. Когда мы можем объединиться – и построить такую страну, о которой всегда мечтали. Страну с контролируемым правительством. С работающими законами, одинаковыми для всех. Страну, где милиция нас защищает, а суд принимает справедливые решения. Страну, в которой комфортно будет и пенсионеру, и молодой мамочке, и военному, и врачу, и бизнесмену. Страну, которой мы все сможем гордиться.

Мою Украину.

Я знаю, что это «временное окно» ещё не закрыто. И несмотря на чудовищные трудности, мы всё еще можем совершить это чудо. А значит, не время капризно тянуть, как избалованные дети, «дааа, а ты мне что хорошего сделала?» Время встать – и делать. Защищать то, что уже сделано. Не расслабляться и не жалеть сил. И верить в то, что всё получится. Чудо обязательно произойдёт. Оно уже происходит. С нами со всеми. Прямо сейчас.
werthmueller: (а-а-а!!!)
Вот, самые что ни на есть бандеровцы (или бендеровцы, как сейчас правильно на России говорить?) из Харькова.
Мы почти все здесь такие. А те, которые западнее, уже 1000 людей из семей беженцев "спасенного" россиянами Крыма приютили. Не словом, а делом, знаете ли. А вы и дальше киселевщину слушайте.

werthmueller: (Default)
 Обратите внимание на надписи на стене (1931 г.):



Еще много слайдов про Одессу и Ялту в архиве некоего Branson DeCou.
И, кстати, кто из фотографов скажет, как звучит на русском такое tinted lantern slide?
werthmueller: (Українка)
Здається, в моїй френдстрічці немає жодного "защітнічька ачечества"  - хлопці, я пишаюсь вами! Саме з цим я поздоровляю себе і кожного, хто знає і розуміє, як з'явилася ця ганебна дата. До того ж, як нагадує [livejournal.com profile] emarinicheva був ще один не менш ганебний акт в історії бувшої країни - масова депортація інгушів та чеченців за наказом Сталіна.

Мій чоловік служив радіолокаторжником на острові Сааремаа (Естонія). Було це у 1988 році, а у 1989-му вийшов наказ, що студентів-очників повертають зі служби на навчання. Чоловік був студентом-заочником географічного ф-ту, тому демобілізаціі не підлягав. Але його мама вирішила зіграти в "дурочку" і пішла в деканат за справкою для дитини, щастя попитати. Методистка того дня сильно поспішала і мама Альошкіна була останньою з прохачів, тому Неля Іванівна видала справку не перевіряючи статус студента. Справку відправили сину в армію, після чого він відіслав її в штаб. В штабі справку благополучно згубили, тож мамі довелось ще раз йти за бамагою, і їй ще раз видали, не перевіряючи справжність того "очника"! Тепер з неї було зроблено (за проханням сина) дві нотаріально завірені копії і одну з копій було знов надіслано до штабу. Кілька днів по тому, у один і той же день до штабу надійшли два накази на рядового Б. (який був на посаді єфрейтора і дуже боявся, що його таки зроблять справжнім єфрейтором): перший - про демобілізацію рядового Б. та другий - про допуск рядового Б. до "секретної кімнати" (на посаду писаря секретного діловодства). Другий наказ з'явився через 8 місяців після того, як штабом був згублений дублікат документа-підтвердження про те, що рядовий Б. має свідоцтво про проходження курсів оператора РЛС П12 (надісланий з Києва). Коротше кажучи, все зійшлося так, що цього "інтелігентика", який мав нахабність вказувати командиру дивізіону, що навчальна ціль - це ТУ 22 М-3, а не Су-24, вирішили таки сплавити додому.
Один день довелося інтелігентику провести у майже буржуйській столиці - Таллінні. І там він придбав одну неймовірну на той час річ (неймовірну для радянських українців) - значок БЛАКИТНО-ЖОВТОГО прапорця. Цю крамолу він привіз до Києва, почепив на футболку і мама новоспеченого "бандерівця" дуже хвилювалася, що його "пов'яжуть". 
Треба сказати, що у 1989-му навіть сам Кравчук докоряв одному знайомому, головному редактору науково-популярного журналу “Пам’ятки України”, голові Наглядової ради Видавництва “Українознавство”, за розміщення в журналі матеріалу про тризуб.
Тому свято захисника Вітчизни ми святкуємо (поки що скромно) на Покрову.
А сьогодні ми святкуємо день народження Георга Фрідріха Генделя, слухаючи його оперу "Тамерлан" з Плачідо Домінго в ролі султана Баязета.
Отакоєот (с).
werthmueller: (Українка)
Я пам'ятаю мить чудову:
Переді мною ти єси.
Немов видіння серпанкове
Мов геній чистої краси*.

Ви не знаєте хто така Ганна Петрівна? Тоді вам сюди.
werthmueller: (гранат)


Голодомор 1932-1933

Знову згадую розповідь бабці Пауліни (нині покійної) жительки села Трубчин, Тернопільскої області (у часи голодомору це була територія Польщі). Бабця Пауліна розповідала:

"Коли я була малою, ми ходили до школи, де вчителем в нас був поляк. Поводився з нами доволі жорстоко, карав за те, що називали себе українцями. Питали в нього, а хто ж ми такі? Казав, називайте себе русинами греко-католицького віросповідання. Тих дітей, чиї батьки були українськими націоналістами, бив і казав: "Як ви українці - то йдіть туди, за Збруч, до Совітів, там українці..." Але у 1933, мені було рочків 7, він же нам розказував, що у тій самій Совіцькій Україні страшенний голод, що дітки пухнуть з голоду, люди вмирають селами. Я пам'ятаю, як прибігла зі школи додому, а мама кличе обідати. Не змогла обідати. Я побігла на город, де було повно всякої всячини, почала рвати лободу і годувати себе тією лободою. І плакала гіркими сльозами, бо ТАМ вмирали дітки, такі ж, як я, і в них не було обіду, ба навіть лободи, а потім в них не ставало мами..."
werthmueller: (Українка)
В Києві проходить "Льон-Фест".
Майстриня, яка працює з льоном (одяг з льону), сказала в інтерв'ю, що вони закупають льон (увага!) - в БІЛОРУСІ та РОСІЇ!!!!, бо в Україні, за її словами, все ЗНИЩИЛИ...

"Пан Аршулік проінформував, що на Волині все ще діють два льонозаводи. З 14-ти льононасіннєвих станцій, які діяли в Україні, залишилася лише Луківська, що на Волині. Проте нещодавно надійшов лист з Мінагрополітики, де вважають, що станцію слід закрити через її нерентабельність, збитковість. Анатолій Аршулік розповів, що виготовлене на Волині лляне волокно йде на переробку аж у Китай, повідомляють "Волинські Новини".

У мене немає слів. Особливо, як у житомирянки, поліщучки, бо я пам'ятаю ці сині поля...Люди добрі, куди ми котимось?!
Україну свідомо знищують, і більше ніхто не зможе мене переконати у зворотньому.
werthmueller: (Українка)

 [profile] kiev_schools
Як член батьківського комітету всеукраїнського значення, казначей Всея Русі класу та й взагалі  -  маю право.
Хочеться створити ресурс про школи Києва, бо довбані рейтинги онлайн ні про що не говорять, і хто тільки їх формує...
Бєзпрєдєл у поборах на "потреби класа/школи" дістав. Медогляди з щепленнями, звільнення від фізкультури шляхом ОБОВ'ЯЗКОВОГО МЕДОГЛЯДУ до 30 вересня тощо...Про хамство та низьку культуру вчителів я мовчу.
Хочеться живого слова батьків, та навіть і учнів, конкретно про кожну школу, її позитивні сторони та вади. 

Долучайтесь самі, допомагайте залучити інших, буду вдячна.

Сьогодні тільки-но створила, але вдосконаленню немає меж, тому усе ще попереду.
werthmueller: (а-а-а!!!)
Страшенно не люблю екзальтовану та матюкливу, з вічно брудним, жирним волоссям Тетяну Монтян. Але часом вона таки має рацію.
Цього разу теж багато в чому. "Про ужОси українізації"
werthmueller: (летать)
 
Над нами только что пролетали самолёты - "Мрия", "Руслан", МИГи, СУшки 27-е...Тренировочный полёт. Народу высыпало посмотреть - все с детскими лицами, в восхищении.
Я очень понимаю мальчиков и дяденек, у которых кровь бурлит при виде летящих самолётов. 
Ууууххх!! Красиво и непостижимо.

UPD.  Пока я просто глазела в небо, Алёшка времени не терял, (кто бы сомневался!), и, втайне от меня, с другой стороны офиса всё это дело зафиксирен.

Вот вам "Мрія":


Прошу отдельно отметить - "ВОНА ПРАЦЮЄ - А ВОНИ РАЗЛЄТАЛІСЬ ТУТ!!!!")))
(Для граждан Росии объясняю: по всему городу на баннерах Юлия Тимошенко утверждает, что она одна в белом фраке, а все остальные - мешают ей дорываться до власти).

werthmueller: (Default)
Как всегда, после просмотра "Культуры" - море впечатлений.
Смотрели документальный фильм "Святитель Лука".

Во-первых, узнала из фильма о потрясающем человеке - архиепископе Луке Крымском. Раньше никогда не слышала этого имени, но с первых кадров и первых слов фильма (а он построен полностью по воспоминаниям самого архиепископа, записанным его секретарем в 1958 году) стало понятно - человек совершенно необыкновенный. Здесь можно послушать его духовные беседы.
Дальше захотелось узнать, а кто же снял этот замечательный фильм. Стало вдвойне приятно - снял украинский режиссер (а в прошлом, по традиции, архитектор, образовывавший себя во Львовской политехнике) Александр Столяров, многие фильмы которого мы видели раньше (есть такие замечательные циклы программ на "Культуре": "Больше, чем любовь" и "Острова", о выдающихся людях и их семьях), но не знали, кто собственно режиссер. А в "сундуке" у режиссера - неплохое количество фильмов, многие среди которых имеют награды.
Ну, а напоследок подсластилось нам еще маленько. В начале фильма мы отметили необычное музыкальное оформление. А я умудрилась вычитать в титрах, что музыкальное оформление изваял знакомец наш, Олег Путятин (или как он себя называет - Олег де Путятин). Позвонили товарищу, похвалили. А он даже обрадовался, и вообще как-то поскромнел он в последнее время...Что с людьми-то делается, задумаешься поневоле.

Короче. Есть люди в Украине. Пока можно быть спокойными. 
Но творческие силы уже на исходе - боюсь, однажды пойду мочить напирающую быдлоту.

werthmueller: (сансара)

While Gucci's fall '08 collection may have conjured up visions of a hippy-chic revival, the combination of folk textiles, detailed handwork, and "Babushka" tapestries brought to mind
Pysanka -- traditional Ukrainian Easter eggs decorated using a wax-resist 'batik' method. TheHutsuls (Ukrainians who live in the Carpathian Mountains of western Ukraine) believe that the fate of the world depends upon the Pysanka. As long as the egg decorating custom continues, the world (and those in it) will exist. 
werthmueller: (а-а-а!!!)
Знайшла перлину: 
Наша история насыщена войнами так густо, как украинский борщ - клецками.

Клёцків в нас нема точно, вірніше, наші галушки так ніхто не назива, навіть коли говорить російською.
А ось коментар російськомовної полтавчанки:

Исторически галушки появились в Полтаве, при битве Петра со шведами, у нас даже памятник этому блюду есть, и сама я его очень люблю, а от клецок они отличаются тем что клецки как правило бросают в суп, а галушки идут как отдельное блюдо. Очень вкусно если сдабривать готовые галушки поджареным мясом с зажаркой.

Ніколи не бачила борщ, густо вкритий галушками. Навіть легендарний полтавський борщ подають не з галушками, а ліпше з пампушками. А от інша справа - галушки (чи то тьфу, клёцкі) у бульйоні.
 
Якщо я помиляюся - поправте мене, шановні галушкоїди.



werthmueller: (а-а-а!!!)
Давно не читала таких якісних, таких тверезих і, водночас, оптимістичних, думок. Рекомендую.
Дякую [livejournal.com profile] chornogora .

С. Глузман: «Социальная опасность психбольных – это миф. Социально опасны здоровые»

P.S. Хто такий Семен Глузман.

werthmueller: (а-а-а!!!)
Згадала!
В мене є "Клятва Жаунера", десь її хтось сфотографував, мабуть, у архіві.
Підписана жаунером Беларуской Краевай Абароны Якубовым Алесем, 10 трауня 1944 р:

werthmueller: (а-а-а!!!)
...бо враження в мене таке, ніби нас, українців, потихеньку зливають...а коли у новинах кажуть, що "все буде добре", то забувають зазначити, у кого саме...

"Ой не плач, не ридай, стара мати,
Твого сина на світі нема.
Він загинув в повстанському бою,
Залишилась могила сумна".
(Повстанська пісня)
werthmueller: (feathers)

Льогко. "Топ-менеджери двох банків, наприклад А і Б, кладуть кошти свого банка на депозити один одному. Потім банк А кредитує людей, що працюють в банку Б, а Б кредитує інсайдерів А, кошти не повертаються, банки списують кредити".

Навіть я зрозуміла, шо там написано. 
werthmueller: (гранат)
Все сознательные украинцы считают своим долгом вспомнить, что сегодня за день. Я сознательная, я помню. И свечку зажгу.
Но лучше, чем "Обком", свою позицию не изложу. Вот она. Целиком и полностью.

А еще всегда вспоминаю рассказ бабки Паулины, 83-летней жительницы села Трубчин, Тернопольской области. В мае мы гостили у ее семьи. Спросили, помнит ли она что-то о голодоморе в Советской Украине (сами они тогда были под Польшей). Бабка рассказала:
"Коли я була малою, ми ходили до школи, де вчителем в нас був поляк. Поводився з нами доволі жорстоко, карав за те, що називали себе українцями. Питали в нього, а хто ж ми такі? Казав, називайте себе русинами греко-католицького віросповідання. Тих дітей, чиї батьки були українськими націоналістами, бив і казав: "Як ви українці - то йдіть туди, за Збруч, до Совітів, там українці..." Але у 1933, мені було рочків 7, він же нам розказував, що у тій самій Совіцькій Україні страшенний голод, що дітки пухнуть з голоду, люди вмирають селами. Я пам'ятаю, як прибігла зі школи додому, а мама кличе обідати. Не змогла обідати. Я побігла на город, де було повно всякої всячини, почала рвати лободу і годувати себе тією лободою. І плакала гіркими сльозами, бо ТАМ вмирали дітки, такі ж, як я, і в них не було обіду, ба навіть лободи, а потім в них не ставало мами..."

Нечего тут говорить больше.


Profile

werthmueller: (Default)
werthmueller

June 2014

S M T W T F S
123 4567
891011121314
15 161718192021
22232425262728
2930     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 21st, 2017 10:35 am
Powered by Dreamwidth Studios